Она помнила выражение радости на лице Джона Тэйлора, когда он нашел ее, сменившееся непроницаемой маской потом, когда он уходил от нее… Кенда думала о его поцелуе. Он, конечно, не был настоящим. В тринадцать лет по-настоящему поцеловал ее Эл Эптон, провожая домой со школьных танцев: тогда она чувствовала, что он вот-вот выдавит ей все зубы, и поцелуй Эла, впрочем, как и всех других мальчиков, только оставил на ее губах синяки… а вот простое прикосновение губ Джона растопило что-то у нее внутри.

Кенда слышала, как ветер с океана яростно налетает на остров. Она быстро спрыгнула с постели, подбежала к занавеске из пальмовых листьев, которая висела на гибкой виноградной лозе, и отдернула ее. Прямо перед ней возникло лицо Джона Тэйлора.

— Леди, — сказал он, — на улице штормовой ветер. Я очень беспокоюсь, не случилось бы чего с моей яхтой.

Кенда быстро перебежала на другую сторону хижины, где лежала ее новая одежда, сложенная в маленькую аккуратную стопку. Она оделась меньше чем за минуту и вернулась обратно к пологу. Джон стоял с фонарем, пристально глядя на нее.

В то время как снаружи бушевал шторм, молчание в хижине окутало их тяжелым покрывалом. Кенда смотрела на Джона, и ее взгляд, казалось, говорил: "Пожалуйста, люби меня".

— Ты думаешь, что здесь мы в безопасности? — наконец спросил он.

Она кивнула.

— Да. Худшее позади. — И словно по мановению волшебной палочки ветер начал стихать.

Вода текла по его лицу, капая с мокрых слипшихся волос, которые ветер "зачесал" назад. Он вытер лицо.

— Я боюсь, что ветер повредил грот-мачту. Не могу пока с уверенностью сказать, это будет ясно утром. Знаю только, что парус и снасти в воде. — Он покачал головой. — Я и не предполагал, что приближается шторм! Думаю, в будущем надо больше внимания обращать на прогноз погоды.

Кенда виновато моргнула.

— Я… я знала о приближении шторма, — призналась она.